Мы Их помним
Поисковые отряды
Крайнее на форуме
  • Военно-историческая реконструкция "Бельские рубежи" (0)

  • Клинков Илья Иванович (8)

  • Бельский Плацдарм - 2017 (0)

  • Итоги 2016 года (2)

  • ПО "ВИТЯЗЬ" г. Солнечногорск (180)

  • Те, кого нет в печатной Книге Памяти (4)

  • Красноармейская книжка (0)

  • Татаринов Афанасий Михайлович. Родные найдены!!! (1)

  • Медальоны из Торжокского района (8)

  • Канал "Плацдарм ТВ" на YouTube (23)

  • Перевозчиков Иван Дмитриевич. Родные найдены!!! (2)

  • Зубарев Дмитрий Дмитриевич. Родные найдены!!! (3)

  • Медальоны
    Главная » 2016 » Февраль » 22 » Планшет
    08:52
    Планшет
    Планшет 

     
    «…Заметил, на левом моторе из-под капота бьет пламя, в этот момент машина пошла вверх. Я посмотрел на радиста и на скорость, скорость показывала 140-150 км. в час. Радист передал что-то на ключе. Я продолжал смотреть в левое окошко, машина быстро пошла вниз пикировать…» (Из объяснения воздушного стрелка 2 авиационной эскадрильи, старшего сержанта Мельника).
    Для меня эта история началась в десятых числах января 2016 года. Народ отходил от новогодних праздников, раскачивался, приступал к работе. В кармане раздался звонок мобильного телефона. Звонил заместитель командира нашего поискового отряда «Восток» - Кузнецов Максим. Без лишних промедлений была нажата зеленая кнопочка принятия звонка и эта запутанная история, о которой мы хотим поведать Вам, началась.
    «…Я в половине двенадцатого часа ночи на третье октября услышал звук мотора самолета. Выйдя на улицу, посмотрел, но увидеть сначала ничего не смог. Затем послышались неправильные звуки работы мотора. Я увидел в воздухе пламя, которое падало на землю…» (Из объяснения очевидца из местных жителей, Викторова).
    Максим немного сумбурно поведал мне, что где-то в районе Ярославской области лежит самолет. Что и как, точно было не известно, была только информация полученная от руководителя поискового объединения «Плацдарм» (в которое и входит наш ПО) - Смирнова Константина. Он, в свою очередь, узнал это из звонка учительницы местной школы. По ее словам, в лесу, находится наш самолет, упавший в годы Великой Отечественной войны, ее отец рассказывал о нем. Вот такая запутанная история выходила на тот момент, но еще больше вопросов появлялось в процессе начала розыскных мероприятий.
    Круг людей, готовых потратить свое личное время и средства на проверку легенды о самолете начинал разрастаться. Практически сразу подключился Пономарев Александр – командир поискового отряда «Витязь» из г. Няндома. Саша уже долгое время находился в Москве, и поэтому ему не составило проблем включиться в предстоящую экспедицию. Как раз с помощью него, мы вышли на командира Ярославского поискового отряда «Высота 76» - Владимира Баранова. И тут ситуация начала приобретать более-менее реальные очертания.
    Владимир предоставил нам фотографии с места падения самолета. При этом выяснилось, что в мае 2013 года, местный краевед – Анатолий Абалихин с группой школьников уже был на месте катастрофы, они собрали в одно место все верховые детали, и из части обшивки соорудили небольшой самодельный памятник, а в декабре 2015, на место выезжала группа ПО «Высота 76» с более детальным осмотром места. Как раз тот выезд поисковиков и принес первые конкретные результаты, была найдена номерная деталь самолета, фотография которой сразу была выслана нам в электронном виде. К работе над установлением экипажа по номеру подключился специалист Всероссийского Информационно-поискового Центра (г. Казань) Илья Прокофьев. В общем, работа закипела.
    Не прошло и суток, как Илья прислал нам все документы по самолету, теперь трагедия приобретала понятные очертания, а что самое главное – появились имена и судьбы.
    «…Получив задание, вылетели на выполнение его в 21.55, пройдя по курсу на высоте 400 метров 18 минут, погода ухудшилась, высота стала до 150 метров с моросящим дождем. Командир экипажа старший лейтенант Щетенко мне сказал, что в левом моторе большая температура масла и принял решение возвращаться на наш аэродром. При возвращении с курсом 48-50 градусов, погода еще ухудшилась, высота дошла до 50 метров, дождь. Взяв курс на юго-восток с целью найти лучшую погоду. Пройдя с курсом 100-120 градусов шесть минут, запросил пеленг, нам дали его 93 градуса, курс которого оказался 273 градуса. Развернувшись на этот курс и пройдя примерно 1-2 минуты у нас загорелась нижняя часть левого мотора…»(Из объяснения штурмана звена 2 авиационной эскадрильи, лейтенанта Алексеева)
    Экипаж самолета ДБ-3ф № 180743 из состава 53 ДБАП 40 ДБАД 1 БАК
    2 октября 1941 года пожар в воздухе, катастрофа.
    - Заместитель командира АЭ, старший лейтенант Щетенко Николай Кузьмич – выбросился с парашютом, жив;
    - Штурман, начальник связи, лейтенант Алексеев Максим Николаевич - выбросился с парашютом, жив;
    - Воздушный стрелок, старший сержант Мельник П.С. - выбросился с парашютом, жив;
    - Воздушный стрелок-радист, младший сержант Глизнуца Никита Иванович – погиб.
    Ну вот и прояснилось все, самолет, экипаж, причина падения. Кто, где, когда, откуда, все расставилось по полочкам. До того момента, пока мы не увидели фото могилы летчика (а судя по документам – стрелка-радиста Глизнуцы). Со слов местных жителей, сразу после падения самолета, его останки собрали (что смогли) и передали председателю сельсовета для захоронения. Все сходилось к тому, что это именно он лежит под могильным холмиком (далее эта информация дополнилась новыми подробностями, но обо всем по порядку) но, на красивой плите было абсолютно другое имя – Лубнин Степан Петрович. По ОБД обнаружили паспорт этого захоронения, но информации о человеке, практически нет.
    - «А вот его фото»;
    - «Чье?»
    - «Стрелка… Глизнуцы».
    С монитора ноутбука на меня смотрел молодой парень с очень серьезным взглядом. Стоп. Фото. Откуда?
    - «Откуда фотография?»;
    - «У местных хранится, там много фото, говорят, с самолета принесли».
    Пожалуй, это стало последней каплей в череде загадок, связанных с этим бомбардировщиком. Интернет и телефон, это конечно здорово и не заменимо, но нужно было личное общение. Нужно было ехать на место и разбираться со всем уже там, что мы и сделали.
    «…В этот момент я только обернулся к люку и меня сильно толкнуло в люк, по видимому, радист Глизнуца толкнул ногой в парашют…» (Из объяснения воздушного стрелка 2 авиационной эскадрильи, старшего сержанта Мельника).
    Наш «танк» (как окрестили нашу машину в последствии местные) уверенно шел по трассе. Настроение было приподнятое. Мы были уверены, что этот выезд на место, принесет много новой информации и расставит все на свои места. Заранее собрали все документы, которыми располагали: список экипажа, объяснительные, карты, схемы, в общем все, что могло бы помочь нам! Приоритетные цели – разобраться с непонятной путаницей с могилой, узнать откуда у местного жителя появились фотографии экипажа ну и собрать как можно больше информации о самом месте падения.
    Наш «танковый экипаж» состоял из руководителя поискового объединения «Плацдарм» - Константина Смирнова, командира поискового отряда «Витязь» г. Няндома – Пономарева Александра, командира поискового отряда «Восток» г. Электрогорск – Черналова Егора и «командира танка», «замка» ПО «Восток» - Кузнецова Максима. В этом моменте хочется поблагодарить за оказанную помощь – Мацкевича Владимира, который спонсировал нашу разведку!
    Дорога отматывала километр за километром, за бортом уже темнело, а мы становились все ближе и ближе к нашей цели. Хочу заметить, ехали мы не в неизвестность, перед отправлением заранее договорились о нашем прибытии с командиром Ярославского поискового отряда «Высота 76» - Владимиром Барановым, который любезно предложил остановиться у него на время проведения разведки. Поэтому, преодолевая очередной километр дороги, мы уже предвкушали сытный ужин и глубокий, здоровый сон.
    На место добрались без приключений в десятом часу вечера. Хозяева встретили нас очень радушно – на улице уже во всю разбрасывал яркие искорки в ночную тьму мангал. С дороги всегда очень приятно покушать горяченького и поговорить на одну интересную для всех тему – тему поиска. После замечательного ужина и задушевных разговоров, хватило пары минут, чтобы провалиться в сон, предвкушая завтрашний, насыщенный день.
    «… Командир начал набирать высоту и подал команду экипажу, который состоял: летчик ст. лейтенант Щетенко, штурман лейтенант Алексеев, стрелок-радист мл. сержант Глизнуца и воздушный стрелок ст. сержант Мельник. Я выпрыгнул, машина пошла со снижением. Левая часть сильно горела. Не долетая до леса примерно метров 50-60 машина взорвалась, при этом осветило большое поле, упала в лес, последовал взрыв бомб. На утро нашлись спасшиеся на парашютах: ст. лейтенант Щетенко и ст. сержант Мельник. Стрелок-радист мл. сержант Глизнуца погиб…» (Из объяснения штурмана звена 2 авиационной эскадрильи, лейтенанта Алексеева).
    Утро. Завтрак. Разговоры. Все в предвкушении выезда. Все необходимое уже собрано. Фото и видео камеры заряжены, ждут своего часа. Теперь в экипаж нашего «танка» вошел и Владимир. Все, по коням! Грузимся в машину и отправляемся в путь. Наша первая цель – д. Тутаево и встреча с необычайно интересным человеком, руководителем местного клуба – Звонаревым Андреев. К слову, Андрей и был нашим «гидом» на протяжении всей поездки, именно у него в клубе хранился тот планшет с фотографиями летчиков, но, обо всем по порядку.
    Между домом Владимира и д. Тутаево порядка 60-70 километров, которые пролетели как один миг и вот мы уже на месте. Нашли нужный дом. Встретил нас Андрей вместе с сыном, на дворе его дома уже прогревался снегоход «Буран». Нам очень нужно было побывать на той самой могиле Лубнина/Глизнуцы – сфотографировать, снять точные координаты GPS и, пожалуй, самое главное – поговорить с местным старожилом, который, еще ребенком, помнил, при каких обстоятельствах проходило захоронение в далеком 1941 году.
    Изначально все думали, что до могилы пройдет только «Буран», но увидев наше поисковое авто прозвучала фраза: - «Да вы на своем танке тоже пройдете». И танк пошел. По снежной целине, преодолев по льду две небольшие речушки, в горку, с горки, по кустам. Вспомнился анекдот про «экипаж волнуется», а он и вправду волновался. Но наша рабочая лошадка не подвела, более того, она еще раз доказала свою значимость для экспедиций такого рода. Многие притаскивают в поиск свои внедорожники и ставят их около палатки, используя только для поездок до магазина и обратно, но у нас иной случай – «Паджерик» урчит, дымит, пыхтит, но лезет и вывозит. Слава ему и «командиру экипажа» - Максу, нашему виртуозному водителю!
    Преодолев бездорожье, мы прибыли в деревеньку под названием Спас-Ухра. Выгрузились, размяли затекшие конечности и огляделись. Наше внимание сразу обратил на себя величественный храм, точнее, таковым он был когда-то. То, что осталось от него сейчас представляло собой печальное зрелище. Наш проводник Андрей, сразу направился к основной цели нашего путешествия сюда – к местному жителю Александру Александровичу. Сан Саныч оказался необычайно активным человеком для своих, уже не молодых, лет с очень крепким рукопожатием. Валенки, телогрейка, на голове шапка-ушанка, запахивался он уже на ходу. Истинный житель Российской глубинки в хорошем смысле этого слова! Человек – «душа на распашку». – «Пойдемте ребята, я вам могилку солдатика покажу».
    «…После того, как я выпал из кабины тут же мелькнула мысль распустить парашют, распустив стал наблюдать за машиной, которая несколько секунд летела горизонтально, загорелась и пошла к земле. Опускаясь на парашюте я почувствовал сильный взрыв, сам же повис на деревьях. Висеть на дереве пришлось около трех часов, ввиду того, что не мог освободится и только в 3 часа 15 минут я опустился на землю, находясь в нем до шести часов утра. Стал пробираться из леса, пришел в одну деревню, где встретился с командиром экипажа старшим лейтенантом Щетенко и лейтенантом Алексеевым. (Из объяснения воздушного стрелка 2 авиационной эскадрильи, старшего сержанта Мельника).
    У могилы мы слушали интересную историю минувших дней, Сан Саныч рассказывал, как ему, тогда еще мальчишке, запомнился тот день. Мы выяснили, что стрелка-радиста, точнее то, что от него осталось после взрыва бомб (бомбардировщик шел с полной бомбовой нагрузкой) в деревню привез не молодой мужчина. Останки были уложены в ящик и это не мудрено. Все, что удалось собрать на месте падения самолета это кисть руки и фрагмент ноги. В детскую память Александра Александровича врезалось то, что на оторванной ноге младшего сержанта Глизнуцы был шерстяной носок. Как вы можете понять, в то время было не до пышных похорон и розысков остальных фрагментов тела. Мужичек, который проводил в последний путь фрагменты тела летчика сам его и похоронил. Выбрал место рядом с храмом, выкопал могилу, уложил в нее останки и закопал. Ни таблички, ни какого-либо напоминания о том, кто в ней, он не оставил. Просто могильный холмик. У тысяч павших бойцов тогда небыло и такого. Сан Саныч так-же поведал нам, что до 90-х годов ХХ века, эта могила так и оставалась безымянным холмиком, затем, однажды, на ней появился памятник, который как раз отражен в паспорте захоронения ОБД «Мемориал». Откуда на нем появилась совсем другая фамилия – Лубнин, дядя Саша не знал. А уже в 2015 году, к 70-летию Победы, памятник заменили на новый, красивый, с изображением самолета, но, к сожалению, все с той-же «ошибочной» фамилией.
    За этот день мы побывали у многих людей и во многих местах, особенно врезалась в память тетя Клава – невысокая седовласая старушка, возраст которой уже перешел за 90 лет. Но, не смотря на это, память ее была в порядке и о давних событиях она рассказывала, как будто они произошли на прошлой неделе, во всех подробностях. Баба Клава не была свидетельницей падения самолета, т.к. в то время она проживала в Калининской (ныне Тверская) области и приехала в Ярославскую область только в конце 1944 года. Однако она полностью подтвердила все то, о чем рассказывали нам до. Упал самолет, один погиб, привезли в д. Спас-Ухра, похоронили. Что самое главное, она уверила, что больше, за весь период войны, никаких самолетов в их местах не падало, следовательно, подтвердила, что захороненный именно с «нашего» самолета, из этого следует, что это именно стрелок-радист Глизнуца.
    Мы побывали в доме директора местной школы д. Арефино - Светланы Александровны, ученики которой, как раз, и ухаживают за могилой в д. Спас-Ухра, и, что самое главное, по их инициативе и был установлен памятник на могиле. Сама Светлана Александровна училась в этой школе, затем, в 2008 году возглавила ее. О могиле она узнала в 1976 году от местных жителей, которые своими силами ухаживали за ней. Сейчас уже шествуют над захоронением школьники. А фамилия Лубнин была озвучена местными жителями, но откуда они узнали об этом, откуда получили такие сведения никто из ныне живущих не знает.
    Пожалуй, настало время рассказать о главной вещи, подтверждающей, что в д. Спас-Ухра покоятся фрагменты тела именно младшего сержанта Глизнуцы. Вы, видимо, задались вопросом – откуда фотография стрелка-радиста? Как она сохранилась? Ответ интересен – после катастрофы на место падения ходило много людей, как военных, так и местные ходили и однажды принесли планшет, в котором находились фотографии, письмо, записная книжка и карточки-«опознаватели» вражеских самолетов. Планшет сдали председатели колхоза и вот мы сидим и беседуем с его сыном. Дядя Слава рассказывает во всех подробностях о событиях, произошедших 2 октября 1941 года, ведь именно в их дом пришел командир экипажа – старший лейтенант Щетенко.
    «…Мною осмотрено место падения самолета №743 2 АЭ пилотируемого летчиком старшим лейтенантом Щетенко.
    Самолет упал в густом лесу. Падение было вероятно вертикальным, вокруг места падения вершины деревьев целые. На месте падения самолета от взрыва образовалась воронка шесть метров глубиной и 12 метров в диаметре. Самолет разлетелся на мелкие части, самая большая часть – пирамида хвостового ролика, остальное разорвано на мелкие части и разлетелись в радиусе 200 метров. Части тела стрелка-радиста Глизнуца разбросаны по всему лесу. Части тела Глизнуца собраны и отданы председателю сельсовета для похорон.» (Из рапорта воентехника 1 ранга Сергеева).
    - «Я то тогда еще был мальцом, не понимал особо, но все видел и запоминал. Отец то у меня был тогда председателем колхоза. Самолет летел часов в 11 вечера, мы были на улице, сразу поняли что с ним что-то не так, летел низко и постоянно бросал ракеты. Потом от взрыва у нас все окна повылетали. В деревне оставались еще мужики, не все на фронте были и подумали, что этот самолет немецкий и сразу решили – с утра в лес пойдем и всех их там перебьем. А летчики, которые выжили, начали стрелять с пистолетов, чтобы им найтись в лесу. Один из летчиков приземлился на дерево и сломал ногу. Потом они вышли к деревне и мы поняли – свои, определили по форме. К нам в дом пришел командир с упавшего самолета, с отцом разговаривал. Говорил, что в самолете началась паника, и он выталкивал экипаж из самолета, а радист (Глизнуца) сидел на ключе и передавал до конца. Бомбардировщик летел на Смоленск, так командир сказал отцу, и у них случились неполадки с двигателем (по документам, в левом двигателе подскочила температура масла и из-за этого он загорелся). Экипаж начал отстреливать сигнальные и осветительные ракеты, чтобы понять, где они находятся. А под ними везде деревни шли. А у них полный боекомплект. А везде деревни. И когда ребята дотянули до леса, было уже все, поздно. Потом за ними приехала машина и все, уехали они. После командир звонил и говорил, что ему дали новый самолет и опять на фронт. После падения с д. Арефино приехала милиция, останки все собрали, мы то жили рядом и с ребятами сразу тоже побежали туда. Помню там нога валялась в унте оторванная, и кисть, а череп мы нашли только года через два, в черничнике, мы туда постоянно за ягодами ходили, а пацанята были еще, увидели, испугались, так там его и оставили. Помню, как прибежали на место падения там на сучках внутренности висели, страшно. Потом туда на лошадях ездили с заготовительной конторы и собирали металл – алюминий и увозили все оттуда, там моторы валялись и все такое. Потом с воронки принесли планшет погибшего летчика, в нем фотографии были и, помню, бритва была на две части осколком пробитая. Я пилотку нашел там, долго в ней ходил по деревне, много там всего лежало, три парашюта помню спасшихся летчиков, патроны с гильзами от пулеметов, много всего…»
    Ну вот теперь все и встало на свои места. Цель нашей поездки была достигнута. Правда до сих пор задаюсь вопросом – почему до нас никто не задумывался, что летчик, похороненный у Спаса с упавшего самолета вовсе не Лубнин. Все фотографии и самое главное – письмо, адресованы Глизнуце, понимаю, не до расследования тогда было и люди просто не сопоставили факты. Но, спустя 74 года, это сделали мы.
    После такого насыщенного на события дня, мы вернулись домой к Владимиру, поели необычайно вкусные и наваристые щи, собрались и тронулись в обратный путь. Всю дорогу назад, в основном, ехали молча, каждый думал об услышанном и увиденном, все полученные факты нас подводили к одному – первый этап, подготовительный, мы с честью преодолели, но нас ждал второй этап – работа непосредственно на месте падения бомбардировщика. То, что эта работа необходима – понимали все. Нужно найти останки младшего сержанта Глизнуцы, найти то, что не нашли или не забрали сразу после катастрофы, отыскать то, о чем забыли на долгие годы, отыскать стрелка-радиста, который до последнего момента работал на ключе и не покинул самолет.
    P.S. Через несколько дней после возвращения домой, мне позвонил Саша Пономарев и сообщил радостную весть – на Украине нашлись родственники Никиты Ивановича, они ничего не знали о его судьбе и готовы участвовать в подъеме останков. Только ради этих слов стоило запускать все это дело, и теперь мы обязаны довести его до конца.
    Продолжение следует…
    Просмотров: 1181 | Добавил: Black333 | Рейтинг: 4.6/7
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Форма входа
    Плацдарм ТВ
    Поиск
    Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    ПДР

    Раритет

    Бесплатная он-лайн игра Передовая

    © 2017 

    Яндекс.Метрика